Драконова магия [Операция «Поиск во времени». Драконова магия] - Андрэ Нортон

И хотя Сигурд действительно был сыном Короля, он носил лишь грубый камзол, кожаный передник, да невзрачные сапоги, которые не надели бы не то что мастер-кузнец, а простые рабочие. И всё же, глядя на него, Сиг подумал — как и любой человек, который имеет глаза, — что перед ним воин королевской крови, достойный того, чтобы за ним пошли на битву, когда призовёт корона.

Сигурд положил молот на край наковальни и наклонился вперёд, чтобы рассмотреть свою работу. Однако на его усталом лице появилось лишь хмурое выражение, словно то, что он увидел перед собой, совсем не обрадовало его. Сиг только теперь осмелился произнести:

— Мастер, тут у двери один человек, он хочет говорить с вами.

Брови ещё более насупились, когда Сигурд обернулся. Сиг отступил на шаг назад, хотя Сигурд-Королевский Сын был не из тех, кто бьёт слуг по всякому поводу, он был добрее большинства людей, с которыми Сиг был знаком за свою короткую жизнь.

— Я не буду ни с кем говорить, пока не выполню свою задачу… — ответил Сигурд-Королевский Сын голосом, столь же непреклонным, как и металл, который он обрабатывал.

Но тут со стороны порога прозвучали другие слова. Хотя и не очень громко, однако их вполне можно было разобрать:

— Ты будешь говорить со мной, сын Сигмунда Волсунга!

Сигурд-Королевский Сын обернулся и уставился в ту сторону, как и Сиг. Хотя уже наступили сумерки, они всё же ясно видели незнакомца, словно его серая одежда и синий капюшон светились.

Сигурд опустил молот и направился к чужаку, а Сиг отважился последовать за ним, отстав на шаг. Мальчик понял, что сейчас совершает самое смелое действие в своей жизни: этот незнакомец, казалось, внушал ему больший, чем даже Мимир, страх.

Незнакомец отвернул складку, ткани, в которую были завёрнуты кусочки тусклого металла, то есть они казались тусклыми, пока на них не упал свет от горна кузницы, и тогда они засверкали как драгоценные камни, какими Мимир инкрустировал рукояти королевских мечей.

— Сын Волсунга, возьми своё наследие и используй его как должно быть!

Сигурд-Королевский Сын протянул обе руки вперёд и принял куски металла у незнакомца, при этом поначалу вроде бы даже боясь коснуться того, что теперь держал в слегка дрожавших руках. Сиг увидел, что это были обломки какого-то меча.

А затем незнакомец посмотрел на Сига, так что парень попытался поднять свою кривую руку, чтобы закрыть лицо. Однако он не смог закончить это движение. Скорее, ему пришлось остановиться под немигающим взглядом этих ужасных глаз.

— Пусть кузнечными мехами займётся этот парнишка, — сказал незнакомец. — Ибо в этом деле есть нечто, что лежит за пределами даже твоего разумения, Сигурд Волсунг.

И с эти ми словами он ушёл, и темнота сомкнулась вокруг кузницы. Возможно, он провалился сквозь землю, или же унёсся на крыльях в ночное небо. Но Сигурд уже поворачивался к кузнице.

— Идём, Сиг! — он никогда не добавлял: «Клешнерукий», а Сиг ловил каждое слово, им произнесённое. — Этой ночью нам предстоит изрядно потрудиться.

И они работали всю ночь, расплавляя не металл из запасов Мимира, но эти куски сломанного меча, принесённые незнакомцем. Тем не менее Сиг не чувствовал усталости, наоборот, мальчик всеми силами охотно помогал Сигурду.

Утром клинок лежал готовый для испытаний. И Сигу казалось, что в нём осталось что-то от того мерцающего света, который окружал в темноте человека в капюшоне. Рука Сигурда прикоснулась к сгорбленному плечу мальчика.

— Он готов, и готов, по-моему, отлично. Теперь мы испытаем его.

И Сигурд взял меч и некоторое время держал перед собой, как человек, который держит факел, чтобы освещать себе путь. Они вышли из темноты кузницы на свет, и там их ждал Мимир и остальные работники, а также его ученики. И Мастер-Кузнец громко, с присвистом, выдохнул, когда посмотрел на клинок, который нёс Сигурд.

— Итак, он снова создан — Балмунг, который сначала вышел из кузницы самого Отца Всего Сущего. Обращайся с ним осторожно, Сигурд-Королевский Сын, ибо однажды он уже принёс людям твоего клана и крови немалое зло.

— Любой меч может принести смерть воину, — ответствовал Сигурд, — ибо для этого и предназначено его острое лезвие. Но если это действительно Балмунг, то, возможно, теперь он принесёт вам победу в вашем споре. Теперь испытание…

И испытание превзошло все предыдущие: они распустили целый тюк шерсти, смешав нити в струях ручья. Сигурд не размахивал клинком — нет, он стоял по пояс в воде и всею лишь опустил его на пути шерстяных нитей. Однако шерсть чётко разделялась на два потока, и всё это смотрелось просто замечательно.

Сигурд прошёл поперёк ручья к берегу и осторожно уложил меч на замечательный кусок материи квадратной формы, который протянул ему Мимир. А потом он широко развёл в сторону руки и объявил со смехом:

— Всем известно, что должно много потрудиться для того, чтобы заслужить место в памяти людской. Но, похоже, я трудился слишком долю, мастер. Позволь мне теперь отдохнуть.

Ибо хотя он и был сыном короля, однако здесь вёл себя как обычный человек, который пришёл, чтобы научиться искусству Мимира, и он просил для себя не большей, чем иной человек, благосклонности.

— Хорошо, — Мимир кивнул, заворачивая меч. — Иди отдохни.

После этих слов Сигурд обернулся и положил руку на плечо Сига. Мальчик попытался увернуться, хоть и несколько неуклюже из-за своей кривой правой руки, похожей на клешню, которую он никогда по доброй воле не покажет на свет.

— Здесь есть ещё один, кто заслужил свой бравой работой отдых. Идём, Сиг, отдохнём хорошенько, — ладонь Сигурда крепко обхватила руку мальчика и потащила его туда, где находилось место для сна.

— Мастер, — Сиг потянул обратно. — Это не хорошо. Я всего лишь подсобник, а там, где я сплю, лежит пепел. Вы видите, я чёрный от копоти и мне не место рядом с вами. Мастер Велиант и остальные ученики будут разгневаны.

Однако Сигурд покачал головой и продолжил вести Сига вперед.

— Ты тот, кого незнакомец назначил на эту работу, и тебе нет нужды глядеть под подбородок каждому, кто начинает что-то говорить. Ну, идём же, отдохнём.

И он устроил нечто вроде гнездовья у подножия собственного места сна, поэтому спал Сиг на более мягкой подушке, чем когда-либо на своей памяти. Вот так он стал тенью Сигурда-Королевского Сына. А когда другие ученики рискнули выступить против него, Сигурд лишь рассмеялся и заявил им, что разве не очевидно, что Сиг приносит удачу и им следует дорожить. Хотя остальным это не понравилось, они не посмели поднять свой голос против Сигурда.